Главное оружие – рой БПЛА. В городе трех революций зовут четвертую
В Петербурге эксперты и
разработчики беспилотных авиасистем обсудили, что нужно отрасли БАС. MASHNEWSвыслушал их и узнал, что хотя операторов дронов не
научились толком обучать, пора идти дальше и отказываться от людей, а главная
мечта – рой. Под него, правда, пока не разработали язык, но очень хотят, чтобы он
был простой - как язык жестов спецназа.
«Революция, где ты? Приди»
Форум «Баркемп« в клубе А2 открыл 7 ноября петербургский вице-губернатор Кирилл Поляков.
«Петербург, город трех революций, наверное, уже готов к четвертой – технологической», - сказал он
Вице-губернатор Петербурга по науке и высшей школе Владимир Княгинин вел пленарную сессию. Его назначили модератором.
«Где ты, революция? Мы тебя ждем», – вторил он коллеге.
Впрочем, о том же буквально кричал и сам зал А2 своим оформлением – везде революция. Захватывать органы власти не призывали, там уже есть свои люди.
Человек, который себя таковым считает, спецпредставитель президента по вопросам цифрового и технологического развития Дмитрий Песков сразу сказал, что Россия не смогла запрыгнуть в первый вагон мирового экспресса технологического развития (наверняка беспилотного), но это и хорошо.
«Мы хотели запрыгнуть в первый вагон, встроиться в глобальную систему. Мы не успели и слава богу, негативный эффект был бы глубже», - сформулировал мысль Песков.
Речь, разумеется, о санкциях. Если бы Россия успела интегрироваться, попасть в зависимость от европейских, например, или американских партнеров, то резкое прекращение сотрудничества (из-за СВО в Украине с Россией на Западе никто не хочет работать) ударило бы по стране сильнее.
Однако, по его мнению, боевые действия сдвинули сроки разработки собственных высоких технологий влево, причем существенно – с 2035-го года на 2025-й.
«Спрос сейчас такой, что рынок его и близко удовлетворить не может», - отметил Песков.
По сути, не хватает рук. Об этом же позже сказал гендиректор АО «Силовые машины» Александр Конюхов. Рук не хватает во всех сферах промышленности. «Силовые машины», например, очень надеются на роботизацию. Конюхов обещает, что она не повлечет за собой сокращений, а лишь закроет дефицит кадров. Дефицит связан с «демографической» ямой. Что ее вызвало, спикеры не уточняли, но пообещали – «дальше будет хуже». В чем причина тоже не сказали, но все догадались.
Баркемп. Фото: Олег ДилимбетовОператор дрона – водитель кобылы
Учить операторов дронов, считают участники экспертной дискуссии «Суверенные технологии: БПЛА как интегратор развития научных и технологических компетенций», нужно в вузах.
«Все эти курсы, это все равно, что среднее профессиональное образование, они не готовы», - считают спикеры.
Также участники дискуссии развеяли миф, что главный в сфере беспилотной авиации - оператор, то есть человек, который непосредственно управляет дроном и выполняет поставленные задачи, нужные и важные. Оказывается, главный тот, кто сертифицирует беспилотники, считают они.
Косвенно эксперты покритиковали и запрет на полеты дронов в регионах России. Они введены из-за угрозы атак со стороны Украины. Участник другой дискуссии, генеральный директор компании «Флай Дрон» Никита Данилов уже голос сорвал, критикуя эти «меры безопасности».
«Нет смысла акцентироваться на абсолютной безопасности. Нужно сосредоточиться на противодействии злодею», - сказали на «Баркемпе».
MASHNEWS уже неоднократнописал – лучший способ остановить дрон – ликвидировать оператора.
Эксперт из ИТМО, кандидат физико-математических наук Андрей Бойко отметил, что, впрочем, оператор не столь нужная профессия и в будущем от нее можно будет отказаться.
«Оператор дрона – водитель кобылы. Если он упал с нее, кобыла живет своей жизнью. Она не падает вместе с ним (это, конечно, не касается FPV-дронов, которые тоже упадут, если упадет оператор – прим. ред.)», - говорит Бойко.
Баркемп. Фото: Олег ДилимбетовРою нужен язык жестов
В ИТМО Андрей Бойко занимается куда более продвинутой техникой управления беспилотников – роем. Рой – мечта всех представителей беспилотной авиации. Это возможность запустить сразу несколько дронов (теоретически их численность не ограничена) выполнять одну или несколько задач с одного пункта управления. Они должны взаимодействовать друг с другом, помогать.
К тому же, эта идея может понравиться военным, так как против роя нет приема. Проще говоря, средства радиоэлектронной борьбы не уничтожат весь рой, ПВО не успеет его расстрелять. Единственный способ остановить рой – атаковать роем, который численно превосходит.
Проблема сейчас в том, что рой не может управляться, так как нет соответствующего языка. Условные Python или C++ не подходят.
«Нужен язык жестов фактически, как немой язык у спецназовцев. Единственное, что мы можем сказать – лети туда, поищи чего-нибудь. Более сложный язык, чтобы отдавать команды »лети туда, но если у тебя садится заряд, переложи задание на того, у кого аккумулятор заряжен…«, пока не придуман, нужно обкатывать такие команды».
У наших зарубежных друзей лимит 50 беспилотников. Он связан с лимитом одновременно подключенных бортов к одной точке WI-FI. Но если есть локальное взаимодействие, то лимита не будет. Это как в потоке машин – ориентируемся на стоп-сигналы и поворотники, - говорит он.