Ткачи сокращают производство. Санкции добрались до тканей
Отечественная текстильная промышленность стала производить гораздо меньше тканей. В России есть лён и шерсть, но нет того, из чего делают акрил, лавсан, микрофибр и флис. С хлопком ожидаются сложности — Узбекистан собирается развивать собственное производство. MASHNEWS разбирался, что с этим делать.
![](/api/cache/2023/07/14/1689333205_72010.8ba6c145.webp)
Статистика падения
Производство готовых тканей в 2022 году сократилось почти в 4,3 раза по сравнению с 2021 годом: с 7,88 млрд кв. м до 1,85 млрд. Это данные Росстата.
Этот сегмент никогда не был сильной стороной отечественной лёгкой промышленности, но после введения санкций в прошлом году выпуск тканей резко обвалился.
В 2023 году текстильщики немного отыграли это падение: за январь — май выпущено 817 млн кв. м против 744 млн за те же пять месяцев 2022 года. Однако по сравнению с 2021 годом — это очень мало. В январе — мае 2021 года было произведено более 3,28 млрд кв. м «тканей готовых», т.е. выпуск тканей в этом году меньше в четыре раза, чем во времена «до СВО».
Справедливости ради надо сказать, что сокращение выпуска произошло не во всех видах продукции. Всё более-менее неплохо с хлопком. Объём хлопчатобумажных тканей в последние годы почти не меняется:
- в 2022 году их выпущено 836,83 млн кв. м,
- в 2021-м — 857,84 млн,
- в 2020-м — 854,4 млн,
- в 2019-м — 818,1 млн.
А вот льняных тканей текстильщики выдали в прошлом году на 22,3% меньше, смесовых тканей с массовой долей синтетических нитей в 3,2 раза меньше, тканей, пропитанных полимерными композициями, — в 4,6 раза меньше.
Производство некоторых видов продукции показало рост и даже понятно почему:
- тканей палаточных и плащевых (плюс 48,2%),
- тканей из синтетических штапельных волокон (плюс 45%).
Узбекистан не даёт хлопок-сырец
Фото: Алексей Куденко / Sputnik
Причины этого обвала не уникальны для российской экономики: введённые против России санкции нарушили поставки сырья, химических ингредиентов и оборудования.
«Существенную роль сыграла также угроза или введение »вторичных« санкций Запада в отношении стран и компаний, сотрудничающих с РФ и в легпроме. Качество поставок трудно назвать »досанкционным«, особенно потому, что с 2022 года в РФ разрешён »параллельный« импорт, и он растёт. А это поставки с низким уровнем контроля качества, соответствия сопроводительной документации реальному качеству и составу продукции и с необязательным определением страны происхождения продукции», — сказал MASHNEWS Игорь Ульянов, исполнительный директор ассоциации «Союзлегпром».
Отрасль критически зависима от импорта. Даже хлопчатобумажное производство постоянно находится под давлением поставщиков сырья: не присоединившийся к санкциям Узбекистан, где Россия закупала хлопок, развивает собственную ткацкую и швейную промышленность, поэтому с 2020 года он прекратил экспорт хлопка-сырца и продаёт нам только пряжу.
В результате производство хлопчатобумажной пряжи в РФ год от года сокращается: в 2022-м её выпустили на 23% меньше, чем в 2021-м. С 2025 года власти Узбекистана намерены прекратить и экспорт пряжи, предупреждают аналитики BusinesStat.
Сырьё № 1
Фото: mos.ru
В России не выпускается полиэфир (продукт переработки углеводородов), из которого делают волокна для производства полиэстера, акрила, лавсана, микрофибры, искусственного полиэфирного шёлка, флиса и множества других тканей.
«Это сырьё номер один, о необходимости производства которого на территории РФ говорят на моей памяти лет 20. Но у нас есть только вторичная переработка, прядение из импортного сырья», — признаёт Олег Кащеев, председатель комитета «Инновационного и креативного развития текстильной и лёгкой промышленности, индустрии моды» Московской конфедерации промышленников и предпринимателей.
Многочисленные добавки, необходимые для производства тканей, также в значительной степени зарубежного производства, отмечает ведущий специалист НПФ «Траверс» Алла Петраченкова.
«Закрепители, выравниватели, которые применяются для окрашивания полотен, силиконы, придающие тканям мягкость, объёмность, гидрофильность, ― импортные. Наши производители пока не могут все их заменить», — говорит она.
Сложность замещения связана с нюансами рецептуры: если силикон, например, будет иметь не тот состав, который требуется, то вместе с приданием мягкости он наделит ткань водоотталкивающими свойствами. А это не всегда хорошо.
«Мы можем получить очень мягкие полотенца, но с них будет скатываться жидкость, и никто не захочет ими вытираться», — поясняет Алла Петраченкова.
Слишком грубая шерсть
Фото: mcxkchr.ru
Льном и шерстью Россия в основном обеспечивает себя сама, но из-за хитростей механизма господдержки не получает сырья нужного качества.
Например, ценность выращенного льна-долгунца заключается в длине волокон. Если посеять его часто, он будет тянуться вверх, и волокна будут длинными. Редкосеянный лён раздаётся вширь, и волокна получаются короткими. Аграриям выделяют субсидии не по качеству выращенного льна, а по засеянной площади. Поэтому им выгоднее занять под посев больше земли, чтобы получить больше денег.
Похожая ситуация с шерстью: разведение тонкорунных овец субсидируется так же, как и пород с грубой шерстью. В результате грубой шерсти производится больше, ткани из неё занимают 58,1% всех шерстяных тканей, хотя полотно из тонкой шерсти более маржинальное.
«Если бы правительство выделяло субсидии дифференцированно, то сельхозпроизводители акцентировались бы на том сырье, которое нужно текстильщикам», — уверен Олег Кащеев.
Волокна некому прясть
Фото: правительство Ивановской области
По некоторым позициям отечественным производителям удалось найти замену импортным ингредиентам благодаря российским разработкам.
Например, компания «Траверс» выпускала препарат «Фоборит Р», который используется для придания тканям водо-, грязе-, маслоотталкивающих свойств. Для его производства применялось только импортное сырьё, которое завозили из ФРГ. «Траверс» разработал аналог препарата — «Фоборит Р сукно», его делают на основе отечественных ингредиентов.
Пока подобные замены касаются только отдельных составляющих текстильного производства. Гораздо сложнее заместить импортный полиэфир, говорит Алексей Силаков, д.э.н., проректор по научной работе Российского государственного университета им. А.Н. Косыгина.
Чтобы обеспечить потребности России в штапельном полиэфирном волокне, необходимо создать производство мощностью 0,5 млн тонн в год. «Татнефть» и «Сибур» изучали перспективы этого проекта, сообщил Алексей Силаков. Для прядения нитей из этого волокна нужно примерно сто предприятий мощностью по 5 тыс. тонн в год.
«Но у нас сегодня прядения практически нет, собственного прядения осталось 30 тыс. тонн в год ― это два предприятия: »Шуйские ситцы« и »Волгатекс«. И то для технологий, которые они используют, полиэфир не очень хорошо подходит», — говорит Алексей Силаков.
Он отмечает, что в лёгкой промышленности есть пока только один инвестпроект по созданию прядильного производства — фабрика мощностью 3 тыс. тонн в год, которую в ивановской особой экономической зоне «Родники» строит холдинг «Нордтекс«.
Без обеспечения спроса на сырьё производство полиэфирного волокна будет экономически невыгодным, поясняет Силаков, значит, придётся полностью создавать новые прядильные предприятия.
Вместе с полиэфирным проектом на это потребуется около 4 млрд рублей, подсчитал он.
Станки пора менять
Фото: правительство Ивановской области
Проблема ещё и в том, чтобы обеспечить прядильщиков и ткачей оборудованием. Оно в лёгкой промышленности на 90% импортное. Сейчас только 24% оборудования в легпроме можно назвать новым — ему менее десяти лет, приводит данные Анна Сбитнева, директор проектов Департамента развития корпоративного бизнеса Сбербанка.
Возраст 37% техники — от 11 до 20 лет, а 39% оборудования старше, его нужно менять, говорит она.
До февраля прошлого года текстильщики предпочитали оснащать предприятия с помощью западных компаний. Например, фабрика «Унтекс Родники« по выпуску трикотажных полотен, открывшаяся в Ивановской области летом 2022 года, успела до санкций закупить станки в США, Италии, Австрии и Турции. Она готова производить до 20 тыс. тонн ткани в год, в результате зависимость России от импорта трикотажа уменьшится на 4% (с 80% до 76%).
Анна Сбитнева утверждает, что 67% потребностей в оборудовании отечественные предприятия могут удовлетворить за счёт «дружественных стран». Например, КНР. Однако уже имеющиеся западные станки тоже нужно обслуживать.
Лёгкой промышленности урезали субсидии
Фото: mos.ru
Для развития текстильной отрасли нужна комплексная госпрограмма, считает Игорь Ульянов. Сейчас не хватает многих мер, которые могли бы поддержать отечественных производителей тканей. Например, они не защищены от демпингового импорта, который снижает инвестиционную привлекательность проектов в легпроме. Из-за этого доля импорта на рынке тканей остаётся на высоком уровне — около 60%.
Главные поставщики — Китай, Турция, Индия, Иран, Узбекистан, Пакистан, Бангладеш.
«В основном мы импортируем шерстяные, шелковые, полушерстяные и синтетические ткани. Отечественное производство хлопчатобумажных, смесовых (лён + хлопок; хлопок + синтетика), тканей для спецодежды в России развито гораздо лучше», — отмечает Игорь Ульянов.
Пока лёгкая промышленность не входит в число приоритетных в РФ. По данным начальника отдела госполитики в сфере легпрома Минпромторга Ивана Степанова, в этом году объём субсидий предприятиям отрасли составит всего 1,84 млрд рублей. Это на 16,4% меньше, чем в прошлом году (тогда они получили помощь в 2,2 млрд).
Для сравнения: на развитие беспилотников Правительство РФ собирается выделить 1 трлн рублей.
Так что пока ожидать прорыва в лёгкой промышленности не приходится.