ПО на экспорт. Российские программисты решили покорить Азию и Латинскую Америку

Все стремятся к технологическом суверенитету

Отечественная индустрия способна занять 15% мирового рынка ПО и услуг по его разработке, заявил президент некоммерческого партнёрства разработчиков программного обеспечения "Руссофт" Валентин Макаров на прошедшем в марте заседании пресс-клуба этой ассоциации. Многие страны испытывают потребность в достижении технологического суверенитета в области IT и рассчитывают на российских программистов.

По данным "Руссофта", российские IT-компании по итогам 2022 года продали за рубежом программное обеспечение на сумму $8,4 млрд, это примерно на 12–17% меньше, чем годом раньше. В то же время резко изменился вектор интереса российских экспортёров. Поставки ПО пошли в страны ЕАЭС, прежде всего в Узбекистан. На втором месте — Ближний Восток и арабские государства.

"Многие компании устремились туда искать счастья, контакты и контракты. И нашли себе финансовых партнёров, которые помогают им уходить от санкций. Латинская Америка выросла примерно в четыре раза. Там очень правильный настрой у людей, которые всю жизнь не любят американцев. Они очень надеялись на Советский Союз, немножко разочаровались, и теперь снова надеются, что Россия сможет им помочь. Но наиболее притягательный регион — это Юго-Восточная Азия", — поясняет Валентин Макаров.

"Через партнёрство с Китаем, Индией и другими странами БРИКС мы сможем стать игроками мирового уровня. Это такой потенциал, о котором мы раньше даже не мечтали. 15% мирового рынка — такой доли нет ни у одной российской индустрии", — говорит Макаров.

Российское ПО обладает неплохими шансами выхода на дружественные рынки. К такому выводу пришли в компании "Рексофт Консалтинг", проанализировав мировые тренды. По словам директора практики "Стратегия трансформации" Алексея Богомолова, при снижении общего темпа развития в IT-сегменте на 2–4%, раздел прикладного ПО и услуг идёт опережающими темпами — до 9,3%. Это связано с тем, что развиваются три технологии: прикладное программное обеспечение на базе искусственного интеллекта, кибербезопасность и облачные решения. Бюджеты в международных компаниях на эти цели увеличиваются.

"Мы видим новый тренд. Это платформенное ПО для работы с искусственным интеллектом. Здесь у российских игроков есть огромный потенциал. Сама ниша хоть и небольшая, но быстроразвивающаяся — более 30% роста за год. США и Европа, действительно, занимали большую часть этого рынка. Но остальной мир — это около 47%. В этом сегменте мы даже по консервативному сценарию получаем 15% от мирового рынка. Это то, на что российские игроки могут претендовать", — утверждает Богомолов.

У российского IT-сектора нет другого пути для развития, кроме экспортного, считает заместитель гендиректора Группы T1 по технологическому развитию Антон Якимов. "Отечественный рынок всё-таки конечный. Он понятный, и если мы не будем замахиваться на международные рынки, то это будет тупиковый путь", — говорит он.

Киберзащита и видеоконференции

Сейчас за рубежом пристальное внимание приковано к российским решениям в области киберзащиты, сказала MASHNEWS Людмила Богатырёва, руководитель департамента цифровых решений агентства "Полилог" (разработчик платформы автоматизации внутренних бизнес-процессов Polycode).

В условиях "кибервойны" решения российских разработчиков показали реальную эффективность. Максимальный спрос на отечественное ПО в этой области — в странах, которые хотят выстраивать свою киберзащиту не на "западных технологиях", говорит она.

Компания "СерчИнформ" работает на зарубежных рынках более пяти лет. Основной акцент она делает на рынки Латинской Америки, азиатского и арабского региона, но самым перспективным считает расширение в страны Восточной Азии: Вьетнам, Мьянма, Малайзия. По словам генерального директора компании Сергея Ожегова, эти направления в приоритете на 2023 год.

"За рубеж мы поставляем средства информационной безопасности. В частности, решения классов DLP, SIEM, DCAP, а также услуги MSSP. Объёмы продаж — информация закрытая. Мы сталкиваемся с двумя основными сложностями — языковой и культурный барьеры. Специалисты на интересующих нас рынках слабо владеют английским языком, а местные особенности ведения бизнеса и коммуникации сказываются на эффективности выхода на новый регион", — объясняет Сергей Ожегов.

Компания TrueConf экспортирует программные решения для видео-конференц-связи (ВКС) со встроенным мессенджером и функциями для удалённой работы практически во все страны мира. Прежде всего в Юго-Восточную Азию, Южную Америку, Ближний Восток, Индию, Малайзию, Индонезию, Вьетнам и Филиппины. С марта 2022 года предприятие зафиксировало скачкообразный (до 50%) рост интереса к его ВКС-решениям. Главный мотив у потребителей — нежелание зависеть от американских сервисов, которые могут при случае заблокировать.

На рынках СНГ активно продвигается российская цифровая платформа для организации командировок и управления расходами "Ракета". Директор по маркетингу и коммуникациям компании Дарья Зубрицкая рассказала MASHNEWS, что одно из наиболее перспективных направлений — Казахстан. Предприятие работает там исключительно с крупным бизнесом из самых разных отраслей.

"В целом каких-то непреодолимых сложностей нет. Нужно, конечно, локализовывать продукт. В нашем случае мы запустили специально для Казахстана нашу платформу на казахском языке. Все документы для командировок, бухгалтерской отчётности, в т.ч. авансовые отчёты, которые необходимы для деловых поездок, формируем на казахском языке. Это востребовано в республике. Кроме того, в Казахстане стоит подумать о местном офисе — это важно для потенциальных клиентов, хотя и не является обязательным условием. Альтернативой может стать работа на базе технопарка в Казахстане", — отметила Зубрицкая.

Как замотивировать чиновников

Государственной поддержки экспортного потенциала российской IT-отрасли не хватает. Важно, чтобы продвижение IT за рубеж стало приоритетом Национальных проектов и программ в области цифровой экономики, говорит Валентин Макаров.

Экспорт ПО сейчас не входит в перечень главных задач "Российского экспортного центра" (РЭЦ — государственный институт поддержки несырьевого экспорта). "И РЭЦ не может использовать свои инструменты для того, чтобы продвигать экспорт компьютерных услуг", — объясняет Макаров.

В профессиональном сообществе активно обсуждают создание института цифровых атташе — своеобразных проводников российского бизнеса, рассказывает Людмила Богатырёва. Их необходимость, по её мнению, очевидна: российские компании объективно сталкиваются со сложностями при выходе на новые рынки.

"Экспортёрам часто всё приходится начинать "с нуля". Им требуется информация об особенностях правового и таможенного регулирования поставок на территории интересующего государства, правилах сертификации продукции, подходах к защите интеллектуальной собственности, возможных препятствиях и экономических барьерах. Цифровые атташе должны помогать на местах решать эти вопросы и создавать более комфортные условия для российского бизнеса", — говорит Богатырёва.

"Однако в отрасли возникла дискуссия. С одной стороны, это должны быть люди из бизнес-среды, владеющие инструментами маркетинга и продаж. С другой стороны, наиболее оптимальная структура, на которой могли бы базироваться атташе, — это российские торгпредства. Проблема заключается в том, что чиновников запрещено мотивировать процентом от продаж. Но чтобы институт цифровых атташе реально развивался и давал эффективные результаты, в том или ином виде такая мотивация нужна. Нахождение компромисса, когда цифровые атташе могут работать в рамках института торгпредств и при этом получать процент от заключённых сделок, могло бы решить эту проблему", — говорит Богатырёва.

Кадры — это проблема?

В 2022 году российские экспортёры ПО вывезли часть своих сотрудников за рубеж для того, чтобы продолжить работу с заказчиками. "Экспортёры были вынуждены вывести центры продаж и частично персонал за границу, потому что невозможно стало продавать продукты из России", — объясняет Валентин Макаров.

"И только маленькая часть людей испугалась мобилизации. Поэтому говорить, что из компаний, которые работают в России, многие уехали — неправда", — говорит Макаров.

По словам генерального директора ГК "Астра" Ильи Сивцева, в 2022 году штат его компании потерял всего несколько человек. Количество нанятых сотрудников из работавших в России иностранных предприятий — сотни.

"Дефицит кадров, действительно, есть, особенно опытных. Но это традиционная проблема для российского рынка", — уточняет заместитель генерального директора компании "Ред софт" Рустам Рустамов.

"Как мы привлекаем IT-специалистов? Зарплата, на самом деле, далеко не на первом месте у технических специалистов. В первую очередь — это интересные, амбициозные проекты. Чтобы было, о чём рассказать друзьям в баре, в каком крутом проекте я принял участие. Здесь важна прозрачность этого проекта, чтобы люди видели, что именно мы вместе делаем, и чтобы человек понимал свою роль в этом проекте", — отметил Рустамов.

"К нам технические ребята и креативщики приходят, потому что видят: мы формируем новый мир. Какая у человека, который устроился, скажем, в региональное представительство IBM, есть возможность повлиять на что-либо? Да никакая! У нас совершенно другой подход: наши люди действительно создают новый софт и новый мир. А дальше несут его в другие страны. У нас есть целая программа "приведи друга". Потому что когда человек приводит своего товарища, с которым они работали где-нибудь в другом месте, создаётся коллектив, люди в котором здорово работают друг с другом", — рассказывает Илья Сивцев.

Рынку нужны все, утверждает Рустам Рустамов. Нужны разработчики, тестировщики, есть много работы по внедрению и по технической поддержке.

"Я человек, который имеет опыт жизни "там" и "здесь". Поэтому скажу, что "здесь" заметно лучше. Может быть, студентам интересно поездить, но не надо путать, как говорится в анекдоте, "туризм с эмиграцией". Очень многие сейчас присылают запросы, мол, мы хотим вернуться", — говорит директор по развитию бизнеса компании Vinteo Борис Попов.

СПРАВКА MASHNEWS:
По оценкам Центра стратегических разработок, в российских IT-технологиях особенно заинтересованы 18 стран, среди них — Китай, Бразилия, Индия, Турция и Саудовская Аравия. В Министерстве цифрового развития признают, что существуют сложности с транзакциями для открытия и поддержки бизнеса за рубежом, а также вывода прибыли в Россию.